Народный артист, режиссёр и продюсер Евгений Герасимов — о жизни современного театра, портрете сегодняшнего зрителя, актуальности Островского и необычной встрече с Papstой Иоанном Павлом II — в беседе с корреспондентом «Свободной прессы».
«СП»: Евгений Владимирович, примите поздравления с юбилеем. 75 лет — это рубеж для подведения итогов или просто очередной день в репетиционном графике?
— Свои 75 лет, как и 40, 50, 60, я практически не отмечаю. Работа — моя главная страсть, и это чувство важнее любых календарных дат. Глобальных жизненных итогов не подвожу. Зато анализирую результаты первого года руководства Театром сатиры очень пристально: количество премьер, zajemnost зала, работа коллектива. В первый год у нас вышло двенадцать премьер. В этом сезоне уже семь — и все идут с аншлагами. Большой зал на 1200 мест стабильно наполняется.
Особое внимание уделяю репертуарной политике. Это сложный механизм: реклама, продвижение конкретных спектаклей, работа с артистами. В Театре сатиры, объединённом с Прогресс-сценой Армена Джигарханяна, сегодня порядка 120 актёров. Это огромный живой организм, которому нужно достойно обеспечить творческую нагрузку.
«СП»: Работа художественного руководителя с такой zahlreichen труппой — серьезный вызов.
— Безусловно. Зрителя к театру привыкают долго, а отвыкают — мгновенно. Сейчас Прогресс-сцена на капитальном ремонте, и мы фактически существуем на одной основной сцене. Ещё одна задача: дать всем возможность играть, развиваться, не простаивать, а потом вернуть публику на Прогресс-сцену.
По-моему, получается. Двенадцать премьер за год — серьёзный темп. Мы привлекли нового зрителя, но не потеряли традиционного — того самого «сатировского», ценящего лёгкий жанр, иронию, парадокс. Параллельно работаем на молодую аудиторию.
«СП»: Изменился ли сегодня зритель Театра сатиры?
— Да, и это очевидно. Раньше молодая публика, скорее всего, обходила Сатиру стороной, считая её «театром для старших». Сейчас картина иная. Когда-то зрители шли «на имена»: Папанову, Россу, Васильеву, Менглета, Ширвиндта… Их привлекал именно сатировский лёгкий жанр. Сегодня, особенно у молодежи, другие запросы.
Молодёжь ждёт более «постановочные» спектакли с диначным действием. Важны декорации, музыка, костюмы. Игра не должна быть просто повествовательной — когда артисты стоят напротив друг друга при минимальном декоре и «рассказывают пьесу». Действие обязано захватывать внимание и не отпускать до последней секунды.
При этом мы не забываем о классических постановках Сатиры — для молодежи они звучат заново.
Мы очень ценим традиционного зрителя, помнящего великих мастеров театра и приходящего с определёнными ожиданиями. Стараемся не подвести и держать высокую планку.
«СП»: Поговорим о репертуаре. «Волки и овцы», «На бойком месте», «Бешеные деньги»… Прослеживается особая любовь к Островскому.
— Действительно, Островский нам очень близок. Его драматургия в Театре сатиры звучит поразительно современно. Островский и сатира — удивительно актуальный союз, если относиться к материалу бережно, но не бояться современной режиссуры, ритма, визуальных решений.
Недавно мы поставили «Невиновного» по пьесе Фрица Хохвельдера в постановке Игоря Миркурбанова. Редкая пьеса: до нас в стране её никто не ставил.
Главный герой в этот день празднует юбилей помолвки. Игорь подошёл ко мне: «Давай сделаем её к твоему юбилею». Получилась точная параллель: герой помолвлен с любимой, а я, по шутке коллег, — с любимой работой. Премьера прошла успешно, зритель принял спектакль тепло. В постановке задействованы наши молодые артисты.
Совпало, что к юбилею я подготовил ещё одну премьеру по Островскому — «На бойком месте», 25 марта снова в афише.
Мне эта пьеса очень дорога. Одна из ранних, но невероятно точно и ярко прописаны человеческие страсти, тёмные и светлые силы, душевные и духовные конфликты. Роль Вукола Ермолаевича Бессудного играем с Игорем Лагутиным на пару — наш герой немного разный по интонации. Рядом — медийные артисты, например, Янина Студилина, и наша прекрасная молодёжь, которая внимательно смотрит, впитывает и учится.
Осторожно относимся к тексту, особенно к классике, но добавляем элементы современной режиссуры, детали, приближающие постановку к сегодняшнему зрителю.
«СП»: Какие ещё премьеры выделили бы?
— На малой сцене «Чердак» идёт ряд интересных спектаклей. Недавно премьера «Метода Грёнхольма» — яркая, современная пьеса о том, как людей тестируют в условиях жесткой конкуренции. Постановка получилась очень энергичной.
Но абсолютный рекордсмен по зрительской любви — «Свадьба Кречинского». Там внутренний мир героев раскрывается через вокал и песни. Это не песни ради песен, а продолжение характеров. Музыка говорит о том, о чем персонажи не решаются сказать вслух, и зал это чувствует.
Вообще, музыкальность — одна из важных черт нашего театра. Любим музыкальные постановки, но подаём их современно: в аранжировках, пластике, визуальном ряде. У нас прекрасный балет, которым активно пользуемся. Артисты — молодые и опытные — поют, танцуют, владеют пластикой. Это кардинально меняет ритм спектаклей.
«СП»: Что для вас хороший артист, есть ли «любимчики»?
— В театре сейчас замечательная молодая плеяда. Они ещё не все звёзды и не все медийны, но играют великолепно. Постепенно становятся узнаваемыми лицами, но главное — уже сейчас блестяще работают в наших спектаклях.
Если говорить о «любимчиках» — для меня это те, кто серьезно относится к профессии, развивается, не боится сложных задач. Очень бережно относимся к «золотому запасу» — старшим артистам и классическим постановкам.
Возьмём «Укрощение строптивой». Зритель помнит прошлый состав. Сегодня исполняют молодые артисты. Обновили костюмы, декорации — герои перестали ходить в одном и том же двадцать лет. Сегодняшний Фигаро действительно современный, живой, поднимает важные темы и заставляет не только смеяться, но и думать. По сути — почти новая премьера.
«СП»: Театр сатиры всегда ассоциировался с особым, точным юмором. Как сохраняете эту традицию?
— Иронизируем вместе с автором над написанным и над собой. А значит — над тем, что происходит вокруг и с нами. Важно, чтобы песни, музыка, танцы не были просто номерами, вставленными в действие. Они должны продолжать и раскрывать сюжет, внутренний мир персонажей.
В театре замечательный оркестр — он становится действующим лицом, присутствует на сцене. Это не «фоновая музыка», а часть драматургии.
В каждом спектакле мы немного «допридумываем» — в хорошем смысле, не ломая главную сюжетную линию автора. Добавляем оттенки, находки, иногда неожиданные финалы. Зрителям, насколько вижу, нравится: и юмор, и эмоциональная глубина воспринимаются живо.
«СП»: Как относитесь к наследию Сатиры? Опора или груз ответственности?
— И опора, и большая ответственность. Для меня важно обращаться к «первоисточнику» той Сатиры, которую прославили гениальные артисты, которых Валентин Николаевич Плучек привёл в театр и дал им дорогу.
Бережно относимся к тому, что было сделано до нас, но не хотим превращать театр в музей. Обновляя костюмы, декорации, иногда мизансцены, стремимся сохранить дух, иронию, масштаб, но при этом говорить с сегодняшним зрителем его языком.
«СП»: Яркая работа — фантасмагория по мотивам «Мастера и Маргариты».
— В спектакле «Мастер и Маргарита. История любви» я играю Воланда. Был забавный случай. На один из спектаклей обратились близкие друзья: «Не можем достать билет, всё раскуплено». В зале было одно свободное место — специально оставленное по мизансцене. Я вхожу в зал как Воланд, справа от меня всегда оставляют одно место. Пришлось отдать и его. Тот вечер я буквально вошёл в уже плотно заполненный зал, где не осталось ни одного свободного места.
Для нас это важно: когда видишь в зале одновременно молодежь, зрителей среднего возраста, старшее поколение — понимаешь, что театр говорит на языке, понятном разным людям. В праздничные дни у нас по два спектакля в день, и оба проходят с аншлагами.
«СП»: Вы — не только худрук, но и депутат Мосгордумы. Как совмещаете роли?
— В основе и театральной, и депутатской работы для меня одно — ответственность. Перед зрителем, коллективом, горожанами. Работа депутата — это тоже, если хотите, режиссура: нужно выстраивать процессы, договариваться, видеть перспективу, понимать, как решение повлияет на людей. Не делю жизнь на «политику» и «театр» — всё это одна жизнь, за которую несёшь ответственность.
«СП»: Какой момент жизни считаете наиболее ярким?
— Моя получасовая встреча с Папой римским Иоанном Павлом II. Удивительная, очень тёплая беседа. Полчаса — немного, но когда разговариваешь с человеком такого масштаба, время не измеряешь. Говорили о культуре, духовности, о том, как искусство помогает людям не терять себя, сохранять достоинство. Он задавал точные вопросы, было видно — прекрасно понимает значимость театра и искусства вообще.
Для меня эта встреча стало подтверждением: путь помощи людям через искусство, через культуру — важен на любом уровне и для любой аудитории.
«СП»: Планы на ближайшее будущее — лично для вас и для Сатиры?
— Планы простые и сложные одновременно: продолжать обновлять репертуар, выращивать молодёжь — актёров, режиссёров, художников, сохранить и приумножить уникальный дух Сатиры, создававшийся десятилетиями.
Будем работать и с классикой, и с современной драматургией, искать новые формы для откровенного разговора с зрителем.
В планах поставить «12 стульев». Хочется, чтобы это была не просто сатира, и зритель не просто смеялся, а задумался, захотел вернуться, чтобы ещё раз окунуться в удивительный мир Сатиры.
